26 мая состоялось заседание Философского клуба, посвященное обсуждению книги В.Пантина «Мировые циклы и перспективы России в первой половине XXI века: основные вызовы и возможные ответы» (Дубна, Феникс+, 2009). Приводим тезисы главного редактора «АВ» Д.Фесенко, подготовленные к круглому столу, который вел С.Шаракшанэ, сформулировавший два основных вопроса:

1) В чем состоит роль России в прошлом, настоящем и будущем?

2) Когда закончатся «великие потрясения» в мире и России?
Архитектура и градостроительство являют собой профессиональную деятельность, синтетически объединяющую в себе искусство и науку, связанную как с социокультурной практикой, так и с политико-экономической и производственно-технической подсистемами. Отсюда – ее эвристическая ценность как своего рода полигона для макроисторической концептуализации и прогнозирования.
I

1. Архитектура и градостроительство России за тысячелетний путь развития выказали способность как к усвоению и развитию заемного опыта (отправной точкой была Византия, позднее – архитектура Европы, Ближней и Средней Азии, в условиях глобализации география и круг источников влияния неограниченно расширяются), так и к принципиальной инновационности, в отдельных случаях открывающей миру новые эволюционные перспективы (народное жилище, советский конструктивизм). Первый паттерн архитектурной эволюции, очевидно, доминирует.

2. Если принять нашу трехцикловую (нововременной, модернистский, постмодернистский циклы) модель развития русской архитектуры, то предыдущие два цикла открывались переходом в новый эволюционный режим, радикальной сменой самого образа архитектуры и градостроительства. Энергия, обнаруживавшая себя в межцикловых точках бифуркации, выталкивала профессию в новую колею, сообщала ей новое качество – урбанистическое, типологическое, стилистическое. Новые модели жизнеустройства взывали к новым пространственным формам.

3. Постмодернистский цикл, первые симптомы которого обнаружились в начале 1980-х гг., не является исключением, переводя архитектуру и градостроительство на новые эволюционные рельсы. Однако значительная часть энергийного импульса в данном случае оказалась потраченной на институциональные трансформации - ожидавшегося качественного рывка не последовало. Интервал запаздывания по отношению к западной практике архитектуры и градостроительства сохраняется, если не увеличивается.


II
1. Практически все известные нам прогностические модели и сценарии рассматривают период 2010-х гг. в самых пессимистических, если не алармистских тонах. Обозначим лишь некоторые – теория циклов международной политической и экономической системы (В.Пантин-В.Лапкин), концепция исторических техноценозов (Л.Бадалян-В.Криворотов), модель кризиса-матрешки (А.Фурсов), концепция ритмоциклических каскадов (В.Буданов), инерционная модель развития России до 2030 г. (Г.Малинецкий-А.Малков), структурно-демографическая модель (П.Турчин), модель длинных волн Кондратьева (А.Акаев, С.Глазьев), многочисленные макроэкономические модели (А.Кобяков, М.Хазин, М.Муравьев, И.Кирилюк-С.Малков) и др. Ряд исследователей не исключает перспективы эскалации геополитических конфликтов (Л.Бадалян-В.Криворотов), Третьей мировой войны (М.Муравьев), постисторического распада сложившейся мир-системы на множество анклавов с различными социокультурным и технологическим уровнями развития (А.Фурсов) и т.п.

2. Мы прочертили эволюционную линию архитектурного развития за без малого четыре века, сходящуюся в точке сингулярности (вслед за моделями И.Дьяконова и А.Панова), которая приходится на середину-вторую половину 2010-х гг. Динамически и стадиально данная макроисторическая модель совпадает с макроэкономической моделью А.Кобякова, согласно которой нынешний кризис – лишь предвестие глобального КРИЗИСа 2014-2015 гг.

3. Наша модель построена на материале отечественной архитектуры и градостроительства. Как известно, западная архитектурная практика развивается с известным опережением. Так, в сфере урбанистики и ландшафтного дизайна, экологической и энергоэффективной архитектуры этот разрыв достигает десятилетий. Если говорить о типологическом и стилистическом запаздывании, то данный период сократится до 5-10 лет.

Так или иначе, если наша модель справедлива, то для западной архитектуры точка сингулярности относится к более раннему периоду – по крайней мере, до середины 2010-х гг.