Донован, я вижу две группы факторов, которые препятствуют прямому использованию Ваших принципов в России: культурно-психологические и социально-экономические. Среди первых назову только один, самый важный, с моей точки зрения: вертикально-ориентированное устройство российского общества. Такое устройство, возможно, укоренено в глубинных слоях коллективного бессознательного россиян, отвечает неким архетипам национальной культуры и поэтому периодически воспроизводится – на разных этапах и в

Интервью с Донованом Рипкемой, автором книги «Экономика исторического наследия»В интервью с Донованом Рипкемой (Donovan D. Rypkema), автором книги «Экономика исторического наследия», рассматриваются проблемы приложимости американской модели сохранения построенного наследия к сегодняшним российским реалиям. Проведший интервью Андрей Иванов (зам. гл. редактора «АВ») среди факторов, которые препятствуют прямому использованию описанных в книге принципов в России,

Автор статьи Анке Заливако в 1995-1999 гг. работала в Москве в архитектурной фирме «Вильям Олсоп Аркитектс». На протяжении этих лет она постоянно сталкивалась либо со зданиями конструктивизма 1920-1930-х гг., либо с современной архитектурой, которая во многом основывается на идеях конструктивизма - ее последовательным сторонником является московский офис «Олсоп Аркитекс».

Старые конструктивистские здания, как правило, находились, по словам автора, «в ужасающем состоянии». В связи с дело

Массмедиа и консервативно настроенная архитектурная элита старого поколения, заставив поверить почти всех жителей Петербурга в необходимость сохранения его первозданности, создало почву для реализации декораторской схемы развития центра города, что в значительной степени тормозит его естественный рост как интеллектуального высокотехнологичного мегаполиса.

Необходимость интеграции новой архитектуры в старое ядро города сегодня наиболее полно реализует потенциал сложившихся градостроительных условий. Сегодня это – единственная компромиссная форма развития .Упомянутые выше редкие случаи интеграции высокотехнологичных фасадов в старом городе, а значит и новых образов, новой демократичной философии открытых пространств, заслуживают уважения, так как это свидетельствует о настойчивом желании пройти сквозь кордоны консервативных инстанций и с легкими потерями отстоять в этой архитектуре главное — открытость. Прозрачность власти, бюджетов и интересов пока не доступны, но все это возможно только тогда, когда потребитель архитектуры по иному ощутит себя в других пространствах, настраивающих на европейский образ мысли.

Скачать полный текст статьи в формате PDF

Скачать полный текст статьи в формате PDF

Скачать полный текст статьи в формате PDF

Идея проведения конференции зрела давно. Дискуссия о состоянии памятников авангарда и в целом архитектуры ХХ в. ведется постоянно, однако отправной точкой можно считать состоявшуюся два года назад первую встречу в рамках совместного проекта правительств Москвы и Берлина. Это была краткая конференция – российские и немецкие специалисты посетили ряд памятников, завязалась дискуссия, и на этой волне, при непосредственном участии ландесконсерватора Берлина Йорга Хаспеля, был поставлен вопрос о необходимости проведения международной конференции. Кроме того, ICOMOS International(в рамках существующей программы Heritage at Risk) к тому моменту уже опубликовал доклад о тяжелом состоянии ряда памятников русского архитектурного авангарда.

Все семь московских высотных зданий, построенных в конце 1940 х — начале 1950-х гг., были заблаговременно поставлены на госохрану решением Мосгорисполкома № 647 от 23 марта 1987 г. спустя десятилетие практически все они встали перед проблемой реставрации и модернизации. Сегодня можно говорить о промежуточных результатах. По просьбе «АВ» руководитель Москомнаследия Владимир Ильич Соколовский характеризует положение дел в данной области.

С некоторых пор организации, занимающиеся охраной памятников, уделяют особое внимание зданиям архитектуры Современного движения 1920–1930-х гг. Их значение как памятников истории искусства неоспоримо, однако эта архитектура и по сей день выглядит вполне современной, поэтому для широкой общественности она представляет собой часть повседневной жизни и ассоциируется с современными ценностями. В этой связи в зданиях 1920–1930-х гг. часто не видели памятники искусства и истории, которые необходимо изучать и охранять. Кроме того, изначальное качество этих зданий искажается перестройками, а также возникающими проблемами с конструкциями и материалами — зачастую экспериментальными.
Это создаёт особую опасность для архитектуры, бывшей в своё время новаторской, символизировавшей социальные, пространственные, эстетические и технологические перемены. После того, как памятники Современного движения были включены в Список Всемирного культурного наследия и всё большее их число подверглось реставрации, произведённой с учётом требований охраны памятников, их значение стало в большей мере осознаваться и широкой общественностью.