Прежде всего – спасибо родной кафедре градостроительства МАрхИ, пригласившей меня поработать в ГАКе №11. Мы рассмотрели 30 дипломных проектов, это было интересно, порой скучновато, еще реже – весело, в общем, как всегда на дипломе. Для многих бывалых членов Комиссии – очевидно, рутинная процедура. Но я-то впервые, причем через 26 лет после собственной защиты там же (и в присутствии во многом тех же самых людей) – это и подвигло меня попробовать осмыслить увиденное.


Но сначала – два слова об основаниях для той рефлексии, которую я рискну представить на суд читателей. Все эти 26 лет моя работа имела более или менее прямое отношение к градостроительной практике в разных контекстах и средах – от советского ЦНИИП до международной команды экспертов; а один год я посвятил защите уже магистерского диплома в IHS – Институте изучения проблем жилища и городского развития в Роттердаме, Голландия (Institute on Housing and Urban Development Studies), проведя часть курса в Лундском университете, Швеция (Department of Housing Development & Management).
Об отличиях программ, подхода, самой парадигмы градостроительства в этих школах от нашего, мархишного, да и вообще российского, надо говорить специально и долго, упомяну лишь, что слово «архитектура» употреблялось там (да и то очень редко) лишь в контексте именования авторов тех или иных сооружений, а такие термины, как «композиция», «ансамбль», «художественное качество» проекта, не были, по-моему, за год произнесены ни разу ни преподавателями, ни студентами. Но, повторю, чему и как учат там – особая история.
Что же мы увидели здесь?
Студенты – с разной степенью увлеченности – показывали результаты разных, как казалось поначалу, игр. Они могут обидеться, мол, работали серьезно. Но ведь учебная градостроительная игра – это тоже серьезно, а отношение к диплому как деятельности игровой в МАрхИ не афишируется, но вполне приветствуется – И.Г.Лежава не даст соврать. Да и где и когда, как не на дипломе – потом это можно повторить разве что на каком-нибудь конкурсе, если повезет.
20 проектов было посвящено Москве, 10 – другим городам России (набор выразителен: от подмосковных Внукова, Королева, Бронниц, Пущино и Дубны – до Сочи, Сарова, Уфы, Копейска и Якутска). Все сделаны для реальных площадок, очень сложных с урбанистической точки зрения. Так, московские работы примерно поровну делились на проекты по ре-освоению промышленных зон и набережных (во многих случаях эти темы пересекались – именно у Москвы-реки и Яузы расположены наиболее крупные промзоны). А что делается сегодня на московских промтерриториях, какой там микст сильных и слабых собственников и арендаторов, реликтовых цехов, экологических проблем, мощных бизнес-интересов, можно себе представить. Да и люди еще кое-где живут… И, может быть, представляя это, студенты с преподавателями предпочли увидеть эти территории как пустые…
Так вот, играли они на придуманных
себе пустырях:
– в орнамент, или в мозаику паттернов городской ткани;
– в большую «градостроительную форму»;
– в «альтернативу» (предложения по линейному развитию генплана Москвы, реализуемому проекту технопарка в Дубне, «заявочным» идеям олимпийского освоения Нижнеимеретинской долины, комплексу высоток вместо «елки» Фостера в Нагатинской пойме);
– в утопию (серия проектов под руководством М.Шубенкова, посвященных приложению к сегодняшней Москве известных футурологических концептов середины прошлого века);
– в «экологию» (проекты устойчивого развития г. Королева – студентка В.Банных, рук. Ф.Кудрявцев, реконструкции Шелепихинской набережной – студентка П.Лумпа, рук. С.Садовский);
– в новейшие московские тренды: предложения по перекрытию железнодорожных путей Павелецкого (проект реконструкции районов Симоновской и Даниловской застав – студентка Е.Лебедева, рук. А.Малинов) и Киевского направлений (проект реконструкции Бережковской набережной – студентка Е.Князева, рук. И.Лежава);
– в варианты развития – но это случилось лишь в одном проекте из тридцати (тот же проект для Королева);
– и, конечно, в почти безграничные возможности компьютерной графики – вот в это не поиграл только самый ленивый…



Но при обобщении (я намеренно ухожу от детального разбора отдельных проектов – многие из них достойны анализа и специальной публикации, что, надеюсь, еще и случится в «АВ») выявилась общая канва этих игр – одномоментность, вневременность, «чудесность». Ребята рисуют сказку, которая подается как уже случившаяся быль. Очень укорененная в отечестве традиция, но МАрхИ на традициях и стоит.
Сначала спрашивал: а как же все это может быть реализовано во времени, какими этапами, куда денутся выселяемые жители и заводы? Не получив ответа ни от одного дипломника, спрашивать перестал… Как и Ю.П.Бочаров, настойчиво пытавшийся хоть от кого-нибудь получить объяснение хоть одной цифры из пояснительных записок (по плотностям застройки, транспорту, да чему угодно) и тоже ничего не добившийся.
Ну да, игра… Но все же по каким правилам-то?
И пытаясь это понять, приходишь к выводу – по композиционным, однозначно… Это архитектурное бумажное градостроительство, в которое так приятно играть на студенческой скамье и которое потом в реальности наших городов оборачивается градостроительством литературным, транспортными коллапсами, неэффективным землепользованием, протестами жителей…
И то, что эти красивые современные девушки (пятеро из каждых шести дипломников) и юноши, безусловно живущие здесь и сейчас полноценной и сложной жизнью, адресом своих главных пока работ выбирают некое дальнее будущее («лет через 50» – почему-то говорили многие), показывает их внутреннюю отделенность от профессии градостроителя или, как теперь все чаще – и справедливо – говорят, градоустроителя. Ну да, оказались на Градо, так уж вышло, и потому – утопия, чудо, идеальные города... А как иначе?
Все в целом – большая (и очень простая, как все Большие игры) игра в идеальный город, который когда-то в далеком будущем явится на земле – по волшебству. Впрочем, вряд ли ребята-авторы всерьез в это верят – они просто принимают правила игры, настолько давно установленные в МАрхИ, что их никто уже и не обсуждает.
А можно было бы поиграть:
– в девелопмент (выстроить систему субъектов, уже присутствующих на территории и вновь приходящих, и их взаимодействия в процессе преобразования среды – тем более что почти каждая из площадок дипломного проектирования и в потенции, и в реальности располагает весьма сложным набором акторов);
– в стратегию освоения (разработать и сравнивать разные модели развития участков);
– в последовательность реализации (вот что сперва, и куда людей, и куда мусор от сносимых построек, и что во вторую очередь, что в третью, и как новая композиция прорастает в старой ткани, и т.д.), и тогда, глядишь, композиции-орнаменты вышли бы в итоге поубедительнее – в них обязательно проявились бы результаты моделирования городской жизни и вписывания в нее;
– в экономику (придумать механизм финансирования реализации, бизнес-схему. В других странах она одна – достойный предмет защиты, у нас могла бы стать интересной параллелью картинкам);
– в историю места (вообще-то в историю играют, но как-то робко. Так, забытый в проекте Е.Князевой Камер-Коллежский вал на «полностью расчищенной» территории между путями Киевской железной дороги и Бережковской наб. мог бы стать и планировочной изюминкой, и маркетинговым брендом проекта. Но вот не стал);
– в политику – представить технополис как Полис, придумать его социальное устройство, механизмы самоуправления и т.д., и рисовать его паттерны, исходя не из графической абстракции, а из этого устройства – неужто не интересно?
– да и много еще во что.



Так что предлагаю свою образовательную утопию: поженить традиционное внимание нашей школы к городскому пространству, градостроительной композиции, историческому наследию с «западным» приоритетом городских процессов, экономики, техник девелопмента и т.д. Уверен, что сделать это можно и в процессе обучения, и на самом дипломе. Надо только захотеть пересмотреть и расширить правила и «палитру» игры. Это было бы интересно и студентам, и преподавателям, и будущим членам 11-го ГАКа. Чуть усложнить подход мархишный, чуть обукрасить – западный… Всего лишь. А ведь это, возможно, путь к новому качеству. Хотя бы дипломов.
Завершая, я очень надеюсь, что уважаемые мной преподаватели Градо – а многих из них я просто очень люблю – не обидятся на меня за вторжение в эти деликатные сферы. Эта статья ведь тоже – всего лишь слова, утопия, ворожба, игра…
Фото автора