В Москве существуют особенные места, притягивающие самые разнородные архитектурные элементы. Видимо, в определенный момент в них была нарушена избирательность «магнитного поля». В результате такой неразберихи здесь возникли не ансамбли, объединенные какой-то композиционной или художественной темой, а разнохарактерные скопления архитектурных тел. Разнородность застройки в таких местах достигает порой антагонистического противостояния, не разрешимого без своеобразного архитектурного посредника.




Один из территориальных магнитов Москвы – место пересечения Гагаринского и Власьевского переулков. Отмеченное колокольней церкви Святого Власия XVII-XIX веков с небольшим домом священника, оно дополняется на другой стороне Гагаринского переулка домом архитектора М.Я.Кульчицкого (1905 г.), принадлежавшим матери Сергея Эфрона, мужа Марины Цветаевой. Здесь в 1827-1831 гг. в несохранившемся здании жил писатель М.Н.Загоскин, у которого, вероятно, бывал и Пушкин. На предположительность этого факта стоит обратить особое внимание, ибо событийная неопределенность еще в более значительной, интригующей мере повышает притягательность исторического места, несмотря даже на утрату архитектурного свидетельства или его незначительные размеры и скромный внешний облик (то есть, неопределенность визуальную).
На другой стороне Власьевского переулка расположился послепожарный особняк 1817 г. с более поздним фасадом архитектора М.А.Фелькнера. Во дворе, в одноэтажном флигеле с резными наличниками, в 1904-1915 гг. жил С.И.Танеев. Здесь устраивались знаменитые музыкальные «вторники», где бывали Н.А.Римский-Корсаков, А.К.Глазунов, С.В.Рахманинов, ученые К.А.Тимирязев и А.Г.Столетов, поэт Андрей Белый, известные певцы.
Предметом же нашего пристального внимания является скромный ампирный дом, уцелевший с 1820 г. В 1867-1879 гг. в нем доживал свои годы один из последних декабристов, воспитанник иезуитов П.Н.Свистунов, которого посещал Лев Толстой, работая над романом «Декабристы». А в 1913 г. здесь жил архитектор А.В.Щусев.
Сила культурного притяжения именно этого места в начале ХХ века настолько возросла, что в его хрупкую среду вторглись оштукатуренные метеориты доходных домов, а затем, в 1970-х – кирпичные астероиды социалистических жилых башен. Последние своими крупными размерами, возможно, старались восполнить недостатки архитектурного оформления. Скопление разнородных тел и создало ту самую драматическую ситуацию, которую способно гармонизировать только особое посредническое или преобразующее устройство – Рефлектор, разработанный в мастерской М.Хазанова.
Оптимальным для установки этого сооружения местом оказалась дворовая территория за спиной дома декабриста Свистунова (и архитектора Щусева). Теперь можно назвать его эпицентром средовой притягательности. Для размещения устройства пришлось пожертвовать ветхим административным зданием советского периода.
Рефлектор представляет собой сооружение промежуточного масштаба между деревянным ампирным домом и более крупными соседними зданиями. Естественно, эта роль «промежуточного звена» - не главное его назначение.
При проектировании этого сооружения решались довольно непростые задачи.
В результате его установки произошло растворение лапидарного современного окружения, ему придан иллюзорный вид, в смутном, отражённом ореоле которого исторический дом Свистунова (и Щусева) воспринимается единственным подлинным объектом. Ныне это совершенно «реальная история», ибо дом сохранен и тщательно отреставрирован по проекту фирмы МАРСС (заменены только фундаменты). Теперь он вполне достойно используется для представительских функций.




Преломление современности обеспечивается специальным отражателем Рефлектора – полузеркальным фасадом-экраном с волнистым профилем. Расположению этой поверхности уделено особое внимание – она установлена под углом к Гагаринскому переулку с тем, чтобы прямая линия улицы не вошла в резонанс с отражающей волной, сохранив для пешеходов и транспорта свое спокойное течение. Волнистый экран пересекает линию переулка только в мысленном своем продолжении, не нарушая физических процессов, но создавая особое настроение, готовность переступить зыбкую границу времен.
Здесь необходимо на время остановиться (имеется в виду перемещение вдоль Гагаринского переулка по направлению к центру), иначе отраженная современность будет непрестанно менять свои и без того иллюзорные очертания. Покуда вы стоите, отметим один важный момент: при изготовлении экрана Рефлектора предпочтение отдано российскому производителю – компании «Мосавтостекло», которая изготовила для подрядчика изящные гнутые стеклопакеты, стандартизированные усилиями проектировщиков, старавшихся поймать верный абрис волны. Действительность превзошла ожидания – иллюзорность имеет, если так можно выразиться, оптимальные параметры.
В конструкциях ограждений объекта применены консоли, позволяющие вывесить архитектурные элементы, сохраняя корневые системы близко растущих деревьев. Столь же взвешенное решение относится к переходному узлу, соединяющему корпус Рефлектора с исторической постройкой – по замыслу авторов он воспроизводит легкий причальный хобот из архитектуры аэропортов.
Частичное, в некотором смысле, условное воссоздание благоустройства времен существования усадьбы объединило территорию исторического здания с интерьером современного Рефлектора. Эта ландшафтная составляющая отчасти заполнила пространство атриума.
Устройство атриума – расточительный, но эффектный театральный приём с организацией поэтажных зрительских балконов и лож, дополненных подвижной кабиной остекленного панорамного лифта – для зрителей-непосед.
Стекло приняло на себя задачу иллюзорного и, в то же время, надежного ограждения не только уличного, но также дворового фасада и отчасти покрытия здания. Так что художественные всплески природы – листопад, дождь или снегопад – оставляют свои временные следы на прозрачной кровле над головами обитателей комплекса.
Средовые достоинства Рефлектора становятся очевидными зрителю с первых минут знакомства и далее, после переживания череды самых неожиданных ассоциаций. От этой художественности восприятия нисколько не отвлекает утилитарное содержание объекта, которое, впрочем, и стало поводом к строительству.
К примеру, на самом виду, со стороны Гагаринского переулка организован въезд в подземный уровень, где расположены инженерно-технические службы и автомобильная парковка. Под новое здание ныряет довольно крутая рампа с рифленым покрытием (дополнительно обеспеченным системой зимнего подогрева).
На первом этаже здания со своей очевидностью располагаются не только вестибюль, охрана, часть офисов, но также технические помещения и встроенная трансформаторная подстанция (взамен старой уличной).
Второй, третий и четвёртый этажи нового здания имеют практически одинаковую планировку офисных помещений, представляющих главное назначение комплекса.
Кровля здания – экплуатируемая с устройством дорожек для прогулок на высоте и натурального газона. Это уже традиционное восполнение недостатка благоустроенной территории в условиях реконструкции. В выступающем объёме (лестничный блок с южной стороны) предусмотрено помещение чиллера, обеспеченное звукоизоляционным покрытием для снижения уровня шума.
И все-таки здание-посредник, призванное снизить архитектурную напряженность места, на время само стало источником социальной напряженности, ибо плотность населения здесь, благодаря советскому объемистому жилью довольно высока (так же как и неудовольствие, вызванное фактом новостройки).
Надеемся, теперь, после завершения строительства, страсти улеглись, а романтическое настроение, готовность мысленно перешагнуть иллюзорные границы истории передадутся и обитателям, и соседям этого комплекса.



Вопрос – может ли это здание-посредник, или Рефлектор, стать образцом для подражания при строительстве в нарушенной исторической среде – лучше оставить без ответа. История проектирования и строительства, сопровождавшихся неоднократной сменой владельца объекта – свидетельство непростых ограничительных условий. Возникновение такого уникального комплекса обусловлено множеством факторов, среди которых культурно-исторические, социально-экономические, юридические дополняются инженерно-техническими и даже политическими. То есть, для этого необходимо редкое стечение не только градостроительных или архитектурных обстоятельств.

Фото Д.Размахнина