Концепцию поквартальной застройки столичных властей (альтернативную т.н. точечной) пытаются реализовывать многие девелоперы. Но удачливее всех в этом плане пока компания «Интеко». Ею уже построен огромный жилой квартал «Шуваловский» на юго-западе Москвы, в северо-западном округе почти освоена территория Ходынского поля, а теперь девелопер возвел целый квартал и поближе к центру – у метро «Фрунзенская». Последний проект, хоть и не самый крупный в этом ряду, но из всех перечисленных, пожалуй, наиболее эстетский. В нем, наконец, удалось совместить современный внешний вид с современным же градостроительным подходом. И это все, несмотря на соседство со зданиями Клейна, казармами XVIII века и близость многих других исторических памятников.
«Фьюжн-парк», спроектированный ТПО «Резерв» – первая ласточка программы «Интеко -парки». «Это комплексы зданий, объединенные единой концепцией, управлением и территорией, с уникальной собственной инфраструктурой» – так представлена программа на сайте заказчика. В данном случае речь идет о совмещении жилого и офисного блоков, в которые встроены помещения музея уникальных автомобилей из частных коллекций и фитнес-центра.



Определение «парк», хоть и не несет в себе в данном случае ландшафтной семантики – очень подходящее именно для этой части Хамовников, где на протяжении долгого времени располагались только усадьбы с обширными садами. Комплекс занял большую часть квартала между переулком Хользунова и улицами Усачева, Трубецкой и Малой Пироговской, прямо напротив входа в оставшийся от былых времен парк «Усадьба Трубецких в Хамовниках». Он огибает здания Педагогического и Медицинского институтов, при этом в узкой части, между Усачева и институтами, расположена офисная часть, основной же квадрат занимает более крупный блок жилья.
С конца XIX века здесь размещалось трамвайное депо, в советское время не очень удачно перепрофилированное под троллейбусный парк. От старой постройки даже думали оставить стену в одном из жилых дворов, но не сложилось. Тем не менее, напоминанием об истории площадки можно считать музей. Особенно учитывая, что сейчас около него стоят двухэтажные лондонские автобусы-даблдекеры, а еще несколько лет назад вечером здесь было не протолкнуться от троллейбусов, не помещавшихся внутрь гаражей.
Авторы специально предусмотрели большую площадку перед музеем, дабы экспозиция могла выйти в город. Это вдвойне удачно, в свете того, что спроектировать внешне необычное сооружение, которое могло бы издалека привлекать посетителей, не удалось. Дело в том, что в процессе работы заказчик засомневался, появится ли тут культурная институция, и попросил сделать такое здание, которое легко будет присоединить к административной части комплекса. Теперь его выделяет лишь то, что он на два этажа ниже офисов.



Впрочем, и самому офисному блоку, слившемуся с музеем, не отказать в притягательности. Его фасадные панели под дерево одновременно поддерживают сложившуюся «природную тему» района, напоминают о недалеко расположенной отсюда Погодинской избе и в сочетании с двухэтажными витражами скрадывают масштаб.
Несмотря на значительную площадь, корпус воспринимается не как огромное здание, а как объект городского дизайна. Причем, это сдержанный элегантный скандинавский дизайн, без рюшечек, но с интересной композицией и эффектными консолями (8 м). Здесь игра с контрастом «дерева» и прозрачного стекла подчеркивает конструкцию, давая ощущение устойчивости, но не массивности. Смотришь на эти офисы и думаешь, что тут должны работать обстоятельные, уверенные в себе, но открытые миру люди. Такие не будут прятаться в офисе от жизни, как в крепости, и пылиться вместе с собственными бумагами, а пойдут вечером гулять через парк к соседнему кинотеатру – посмотреть кино. И сделают это с подобающим их костюмам, галстукам и доходам достоинством.
Архитекторам удалось избежать принятого в нынешнем московском строительстве гигантизма. Размещение комплекса в исторической части города ограничивало аппетиты заказчика. Регламент дал авторам известную степень свободы, что случается не так часто – и объемно-пространственная композиция обрела многоплановость. Жилье получило ступенчатый силуэт, уходящий вглубь, не став стеной при входе в парк. От Комсомольского проспекта вдоль переулка Хользунова не перекрывается вид на клейновскую ротонду педагогического института.
В свою очередь, длинная часть офисного корпуса, стоящая вдоль улицы Усачева, заглублена относительно красной линии застройки. Таким «брандмауэром» офисы отгораживаются от анатомического театра и морга медицинского института. С этой стороны в здании предусмотрены только узкие окошки-бойницы и в основном расположены коридоры да подсобные помещения. К улице же выступают три эркера шириной по 16 метров, создающие ощущение, что тут сразу несколько домов, как и положено на нормальной городской улице, такой же размеренной, как противоположная Малая Пироговская, где остались старые дома, и новостройка лишь отрывочно проглядывает между ними.



Заданный эркерами ритм продолжается и в жилой части, где корпуса стоят торцами к улице, правда, под иным углом. Издалека эти белые дома легко принять за продолжение вовсе не офисной части, а конструктивистского рабочего поселка, находящегося тут же на Усачевке. И это еще одна задумка архитекторов – создать настоящий фьюжн, разновременную смесь, чтобы по прошествии времени нельзя было угадать, один ли архитектор проектировал квартал или он строился в разные годы. Даже оси координат жилья повернуты относительно офисных – за ориентир была выбрана Трубецкая улица. Пока тут, конечно, имеется общая ограда, красноречиво говорящая о том, что у квартала один девелопер, но есть надежда, что забор – вещь куда более временная, чем здание. Тем более, что сама по себе структура квартала проницаема – в корпусах, разделивших участок на три двора, предусмотрено множество арок. Впрочем, даже сейчас квартал просматривается насквозь.

Фото – Ю.Пальмин